Статья

Первое, чему пытаются научить бизнес-школьников, это английский. Нет, грамматика и произношение никого не волнуют. Будучи людьми особо практичными, бизнес-профессура просто пожимает плечами и замечает, что на английском говорит почти два миллиарда, из которых подавляющее большинство абсолютные идиоты, и это доказывает, что язык, в сущности, несложный, и освоить его на уровне «твоя моя понимай» может каждый. Дело не в том, чтобы понять слова. Дело в том, что понять слова и понять, что именно вам сказали – это две такие разницы, что вся Дерибассовская плачет. У нас вообще проблемы с коммуникацией за пределами самих себя. Вот вы, к примеру, нас очень обидно называете – и не только вы, но и большая часть Европы. Какая, на фиг, Англия? Какая английская королева? Последней английской королевой, если мне память не изменяет, была Елизавета, которая Первая и которая была в шестнадцатом, чтобы не было недоразумений прописью, веке. С тех пор никакого английского монарха не существует, а наш суверен правит длинным, листа на три, списком стран, включающим, хотя и чисто номинально, Австралию и Канаду. Простите, но называть страну Англией – если вы, конечно, имеете ввиду Англию, которая страна, а не Англию, которая территория (England vs Anglia) - это также разумно, как называть Россию Московией в границах до взятия Казани. И да, называть нас Великобританией (Great Britain) тоже не надо. Если Англия хотя бы может быть страной, то Great Britain вообще не страна, а географическая область, которая большой остров с прилегающими к нему маленькими островами, но без острова, где Ирландии. Вы почто, гады, нас нашей территории лишаете? Северные ирландцы столетиями бьются за то, чтобы быть частью Соединенного Королевства, а вы, с вашим корявым языком, нам всю геополитику порушить грозите. Единственное правильное название – Соединенное Королевство, United Kingdom, UK. Помнить, что именно оно соединяет, не обязательно, это все равно никто не помнит, но не дадим грамматике посягать на нашу территориальную целостность. Чтобы было совсем хорошо, жители этого UK, причем все без исключений в виде Северной Ирландии, называются британцами (Brits, British, Britons). Называть их англичанами можно, но регулярно, причем очень часто, это звучит примерно также, как называть Соломона Магаметовича Горошко коренным русичем. Возможно, у Соломона Магаметовича Горошко окажется хорошее чувство юмора и он над этим просто посмеется, хотя даже туристам так экспериментировать где-нибудь в Глазго не рекомендуется. Разумеется, мы вам об этом говорили. Много раз. Уже с полтысячи лет говорим. Но вы нас не понимаете. Вы вообще нас плохо понимаете. Мы говорим, говорим, а вы все не понимаете. Мы вас уже столько раз называли идиотами, а вы все еще улыбаетесь блаженно... Основой английского языка (а вот язык действительно английский, если вы не имеете ввиду гальский или кельтский) является не грамматика, а сарказм и интонация. Любая фраза может иметь любое значение – все зависит от контекста. Согласие означает отказ, вежливая просьба является приказом, старый жопоеб (old bugger) – комплимент, слово «сейчас» (now) - грубое оскорбление. Никто не удивится – этот город это Вавилон – если вы будете говорить с акцентом и творчески подходить к проблеме артиклей и времен. Но в бизнесе особенно надо понимать, что от вас хочет другая сторона – и ошибки критичны. With the greatest/all due respect буквально означает с глубоким уважением к (вашему мнению). Что означает? Правильно! Вас только что обозвали кретином, несущим чушь. Неужели не очевидно? I hear what you say. Так любит, причем после каждой фразы, приговаривать мой старый московский друг – «я тебя услышал». Блин, да объясните ему и всем, кто этим пользуется, что вы используете эту английскую кальку не по назначению. Не надо путать туалетную бумагу с наждачной, может плохо закончиться. «Я тебя услышал» означает, что я категорически несогласен с утверждением, и, поскольку мой собеседник идиот, не собираюсь дальше дискутировать эту глупость. Incidentally/by the way, что можно перевести как «по случаю, проходя мимо». Нет, это не значит, что собеседник собирается сделать ничего не значащее замечание о погоде – это значит прямо противоположное, мы здесь собрались как раз для того, чтобы этот by the way обсудить. It’s very interesting означает, что это совершенно не интересно, а вот it’s not that bad предполагает похвалу и восхищение. Не надо путать последнее с it’s great, что, в переводе с хоббитского, надо понимать как глубочайшее разочарование и практически античную трагедию. Что, мы все завтра умрем? It’s great! Я хотел бы предпложить (I’d like to suggest) означает, что вам дали приказ, или, если это деловые переговоры, что другая сторона скорее умрет, чем с этого предположения сдвинется. Если что-то надо сделать under the first convenience (при первом удобном случае), то речь идет о пожаре, который уже горит. Если что-то надо сделать now (cейчас), то либо вы назаметно для себя оказались в армии, и единственно возможным ответом является Yes, Sir/Ma’m, либо, если в армии вы не оказались, вас только что с чувством и глубоко оскорбили – и вы не должны забыть об этом следующие пятьсот лет. Если вас пригласили на обед, то не вздумайте появиться с цветами и вином на пороге дома приглашавшего – это не является приглашением, а всего лишь традиционной формой вежливости. Если вам сказали, что вы смелый, собеседник просто не знал, как еще можно объяснить, что вы опасный для общества маньяк, и должны быть немедленно изолированы, желательно навсегда. Кто-то, кто общал вам держать вашу идею в голове (I’ll bear it in mind) забыл о вашем предложении еще до того, как закончил фразу. В контексте вышеизложенного проще понять, что самое большое испытание для любого хоббита – интервью при приеме на работу. Если наш рынок труда является относительно медленным, то это не потому, что у нас нет экономических условий, а исключительно по причине того, что поведение, требуемое на собеседовании, абсолютно неприлично и недопустимо в любой другой ситуации. Лучше век терпеть, причем, неважно с какой стороны, лишь бы не участвовать еще раз в этом позоре. Дело в том, что говорить о себе с посторонним можно лишь в форме «я такой разгильдяй, я все проспал, а по дороге сюда я поскользнулся и упал в собачье дерьмо». В этом случае с вами все понятно – вы нормальный, достойный член трудового коллектива, вы знаете, как надо себя вести, с вами не будет проблем. В ответ на это противоположенная сторона должна рассказать вам про то, как ребенок этим утром вылил им на голову овсянку, а потом село колесо, и владелец машины простоял час на обочине, ожидая помощи, ибо поменять колесо самостоятельно не в силах. Обменявшись подобными историями, вас сразу охватывает друг фронтового братства и вы отправляетесь в ближайший паб залить ваше горе и страдание пинтой-другой светлого. Любой текст в духе «под моим руководством отдел увеличил продажи на 56%» вызывает у окружающих чувства, сравнимые лишь с походом к стоматологу, вооруженного бором образца 1924 года. Ваше хвастовсто отвратительно. Почему вы не могли, как все нормальные люди, поскользнуться на собачьем дерьме? Вы что, американец? Great. It’s very interesting. I’ll bear it in mind. We’ll get in touch. You must come for dinner. Good bye! Неужели не понятно? Сколько раз мы просили не называть нас Англией? Да какой такой Брекзит? Если эти люди за столетия не усвоили, как называется страна, то сколько лет нам потребуется, чтобы согласовать условия выхода из Европы? Сколько раз нам еще понадобиться назвать их идиотами? With all due respect.

Май02

Английский язык для бизнес-школьников

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

[an error occurred while processing the directive]