Статья

Окт14

Как в Британии умирает криминальное мышление

Да что ж это делается, комрады – как дни рабочие, которые почти рабочие, так погоды стоят чудные, тихие и летние, а как к выходным дело подтягивается, так шторм?
Ладно, шторм, обещают, пройдет к вечеру, а пока пошахризадствуем: там такой ветер дует, что даже самого толстого из моих котов может унести. Так рисковать нельзя, коты последнее, что у нас осталось… Вот, устроился в коробочке, потом крышку за собой закроет и только храпом о своем присутствии напоминать будет.

Еду я домой, девочка, от трудов на ниве корпоративного монстрования утомленная, душой к котам стремящаяся. И тут, подъезжая к домику, замечаю я нечто странное. На моем драйввае, на моей земле, родной, в право собственности мне даденной, где я могу делать абсолютно все, кроме, почему-то, разведения свиней, припаркован черный, совершенно мне посторонний, чудовищного размера автомобиль марки Форд.
Парковаться на чужой земле супротив нашего феодального устава. Впрочем, время от времени так паркуются – на минуту выскочил, строительные работы, надо машины переставить, много гостей. Нормальные люди, конечно, всегда спрашивают разрешения. Но это нормальные, а не хозяин мерзопакостного гигантского микроавтобуса, занявшего всю мою парковочную площадь.
Слева у нас Джош с семейством. Джошевское семейство люди молодые и относительно безалаберные. Нацепив на морду кривую улыбку, я стучу в дверь.
— А машинку переставить слабо?
— Яку таку машинку? – Джош пытается запихнуть обратно в дом своего спаниеля.
— Так вот эту, — тыкаю я в Форд.
— Так не моя.
Я извиняюсь, мы немного говорим о погоде и домашних животных, но спаниель буянит и с Джошем приходится расстаться.
С уже меньшей уверенностью и более вежливой улыбкой я стучусь к соседям справа. Там пожилая пенсионерская парочка садоводов, и на людей, которые будут без спроса парковать свой Форд, будь он неладен, на чужой земле, они не похожи.
Во владении Фордом пенсионеры-садоводы не признаются.
Я смотрю по сторонам. У меня еще есть соседи, но большая часть из них вне подозрений. Вне ли?
Я сыто улыбаюсь. Я знаю, что делать.
Припарковавшись так, что не только громадный Форд, но и мусорный бак нельзя было протащить мимо мной и этой членовозкой, я вылезаю из своей машины страшно довольная собой. Теперь я могу с честной совестью звонить в полицию – у уродов, которое не уважает право на частную собственность на землю, нет ни малейшего шанса утащить эту черную тварь до приезда бобиков. А бобики приедут. Не сразу, а может, через день или два, потому что в полиции тоже люди работают, и у них тоже дети, домашние животные и холодильник сломался, но моя полиция меня бережет и в обиду не даст, рано или поздно. Так что трепещи, злобный посягатель, не долго тебе без штрафа жить осталось.
За дверью меня ожидают голодающие коты. Голодающие, но чем-то живо интересующиеся. То, чем коты бодро гоняют из угла в угол, оказывается ключом от машины. Ключ явно не мой и не несбиттовский – у нас ключей как таковых давно нет, а этот старорежимный, вырви глаз. Отняв у котов ключ, я замечаю, что из почтовой щели торчит письмо.
«Спасибо вам за то, что выбрали наш прекрасный рент-сервис. Ваш автомобиль оплачен до … (две недели вперед). Пожалуйста, загляните на наш сайт и проголосуйте за наш восхитетельный сервис».
Я тупо смотрю на письмо и приложенную к нему опись якобы арендованного мной автомобиля. Чем дольше смотрю, тем тупее я становлюсь. Судя по документам, мы действительно арендовали этот чертов Форд, размерами подходящий для того, чтобы перевозить гроб со слоном.
Я? Арендовала? Зачем мне эта херня?
Или это Несбитт арендовал? Или это несбиттовским родственникам зачем-то понадобился форд-микроавтобус? А сказать об этом было нельзя?!
Покормив в автопилоте котов, я возвращаюсь обратно к Форду. Может, там внутри подсказка?
На улице уже злобствует Несбитт – разумеется, я заняла его парковочное место, потому что мое занял гроб на колесиках.
— Это что?! – мы оба тычем в Форд. – Зачем вам это понадобилось?
Поругавшись немного, но быстро помирившись на ниве полной абсурдности происходящего, мы возвращаемся в дом, чтобы еще раз изучить документы на якобы арендованный нами автомобиль.
Документы на аренду почти правильные. Т.е. адрес, почтовый индекс и т.д. наши. Не наша только фамилия водителя. Впрочем, она приписана где-то сбоку мелкими буквами, и к аренде отношения не имеет.
Разумеется, на документах есть телефон прекрасной компании, которая почему-то решила, что мы арендовали у нее форд-его мать. Разумеется, никто на звонок не отвечает, потому что время уже после 5. Приятный женский голос советует нам зайти на сайт, и обязательно оставить свой отзыв об их чудо-сервисе.
Поковырявшись еще немного в документах и поняв, что теперь с этим фордом нам придется жить, ибо избавиться от него нет ни малейшей возможности, мы начинаем звонить. Несбитт обзванивает друзей и родственников в надежде отыскать доброго человека, не пожалевшего полторы тысячи фунтов (столько, судя по документам, кто-то заплатил за двухнедельную аренду) на розыгрыш, а я звоню своим коллегам предупредить, чтобы скоро в корпоративной утробе они меня не ждали, потому что я скорее умру, чем сдвину свою машину и позволю форду уехать безнаказанным.
Два телефона и два скайпа, все в режиме спикера, позволяют рассказать историю таинственного форда, который мой, хотя и не мой, сразу многим людям.
Происхождение форда всех страшно интересует. Особенный интерес почему-то проявляет беременная жена моего коллеги и какой-то студент артколледжа – абсолютно no idea кому и кем он приходится. Все, страшно вопя и матерясь, предлагают одна веселее другой версию появления странного транспортного средства в нашей собственности. У нас есть таинственный благожелатель или прямо наоборот? Это мистический знак свыше? Номер дома прочитали неправильно? Параллельный мир? Это инопланетяне? Всем раздают по форду, потому что Брекзит?
Единственный, кто быстро теряет интерес и не принимает больше участие во всеобщем бардаке, Несбитт. Вооружившись лупой, он рассматривает документы на предмет улик или какой-нибудь подсказки, проливающей свет на непорочное зачатие четырехколесного чудовища на нашей территории. И – о чудо! – ему удается углядеть, нет, даже не номер мобильного телефона, но след от номера, оставленный ручкой.
Друзья, коллеги и прочие родственники кролика немедленно включаются в эту дискуссию тоже. Это 8 или 6? Пробовали ли мы графитную крошку? Смотрели ли мы эту серию, черт, никто не помнит, как называется, но кажется с Пуаро? А если этот листочек к лампочке представить? А если заказать с Амазона пакет с химическими реактивами, дрон прилетит?
— Все, пошли все на фиг, — я злобно и решительно рассоединяюсь с многочисленными участниками драмы. Злобно потому, что задолбали, а решительно, потому что сами они не отключатся — такое развлечение не каждый день выпадает.
Звоним по странному номеру. Некоторое время ведем потусторонний диалог.
— А вы случайно у нас свою машину не забыли? Стоит тут что-то бесхозное, жить мешает.
— А вы кто?
— А вы сами кто?
— А вас как зовут?
— А вам зачем?
Еще через полчаса в дверь стучится юноша. Взмыленный, потому что бежал с другого конца деревни, но в принципе по виду нормальный и имя на правах совпадает с именем на документах на аренду. Он действительно арендовал этот злочастный форд. Ему пришла эсэмэска, что его доставили. Никакой машины он у своего порога, однако, не обнаружил, а при попытках дозвониться до компании, он тоже мог побеседовать только с автоответчиком.
И да, ничего общего в адресах между нами и арендатором. Ни в улице, ни в номере дома. Ни читается похоже, ни рядом. Деревня одна, но даже почтовый индекс разный. Так нельзя ни ослышаться, ни одну цифру перепутать. Да ладно, мир не без добрых людей, доставим, куда попало, они там сами разберутся.
Под конец юноша все-таки уехал на слоноперевозке – у него была то ли большая свадьба, то ли научно-практическая конференция, которые почти готовы были сорваться из-за отсутствия подходящего транспортного средства.
Мы проржали почти весь оставшийся вечер. Вдруг, ближе к моменту, когда котов нужно перемещать в кроватку, Несбитт погрустнел.
— Дорогая, а у вас действительно есть российский паспорт или другой документ, удостоверяющий, что вы принимали активное участие в преступлениях против личности, собственности и всего человечества?
— Ну да, есть где-то зачем-то я его храню. Но не предполагаете ли вы, сударь, что я вот прямо сейчас брошу чесать пяточку сэру Cat-a-lot и пойду его искать?
— Это ничего не изменит…. – еще сильнее погрустнел Несбитт. – Вообще ничего. Даже на вас, дорогая, надежды больше нет. Мы бедные маленькие хоббиты, мы нигде не можем жить, кроме как здесь, мы не приспособлены для большого мира, мы идиоты…
— К чему такая философия? Кота чешите, не отвлекайтесь, у нас много котов, их еще перед их сном чесать – не перечесать. Да, и что вас навело на столь трагические мысли и зачем вам понадобился мой паспорт?
— Сколько человек принимало участие в проблеме форда?
— Кто их считал? Человек двадцать? Больше?
— И никому, никому, даже вам, моя дорогая, хотя у вас должен быть опыт жизни в реальном мире, не пришло в голову, что совершенно бесхозную машину, с ключами и документами, которую мы ее не заказывали и за нее не платили, можно было просто спиздить?! Нет, хорошо все-таки, что мы остров и в океане мировом плаваем. Мы б не выжили иначе. За пределами нашего дурдома у нас бы совсем не было шансов.
— Нет, сударь мой, мы просто знаем, где живем. Ну, попытались бы мы ее продать, и что? Какие бы у нас были шансы? У нас даже http://xn--_-8sbmeazbgxaldq1b9l.co.uk/ только с 9 до 5 работает, и там надо записываться на прием за три недели.
— Вот и я говорю – мы бы там не выжили. Ладно, этот уже почесанный, ишь, глазки закрывает. У нас еще два кота недоделанные. Вы кого чесать предпочитаете? Нам все равно в большом мире не прожить…
Мозга нет, зато коты есть. Тоже вариант.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

[an error occurred while processing the directive]