Статья

Страна, в которую меня каким-то чудом впустили – у меня не хватало справок об остутствии у меня опасных инфекционных заболеваний, достаточное основания для немедленной депортации, которая и случилась бы, если бы у начальника караула в Хитроу не был встроен в глаз рентгеновский аппарат и чашка петри – не понравилась мне с самого начала. Поезда ходили, но неправильно, в в объезд, хозяин квартиры, которую я сняла по интернету, честно ждал меня на вокзале с молоком и печеньями, но сама по себе квартира была ужасной. Местные жители разговаривали на непонятном языке, не имеющими ничего общего с тем, который я кое-как сдала, еда, купленная в окрестном супермаркете была несъедобной, сигареты дико дорогими, идея учиться какому-то бизнесу... На фиг мне бизнес? Быстро подружившись с китайским юношей – в основе дружбы лежало то, что мы оба не знали английского и нам очень не нравились цены на табачную продукцию, кое-как приделав при помощи однокурсника шланг к ванной – душа в квартире не было, это такая на фиг местная особеность, навсегда поссорившись с русскоговорящей девушкой с которой мы не поделили Путина и еврейскую бабушку и наладив отношения с владельцем магазина на первом этаже, который пообещал снабжать меня контрабандными сигаретами, делать больше мне было нечего. Можно было бы, конечно, сразу все бросить и вернуться в Москву, но это было бы как-то совсем глупо. От скуки я занялась разведкой местности. Городок, в котором я обосновалась, особыми достопримечательностями не блистал, хотя и был милейшим. Погуляв немного по центральной улице и наведовшись в местные магазины, я рискнула и дня через 3 или 4 по прибытию добралась до местного парка. Парк был за забором, не то, чтобы высоким, но все-таки перелезаь под него женщине средних лет было как-то негоже (и да, парк граничил с местным полицейским участком, что тоже навевало мысли, что не надо мне через забор). Пару дней, все ближе к вечеру, я приходила и смотрела на парк через ограду. Парк был небольшим, но дивным, какой-то совершенно небывалой красоты. Мне жутко хотелось внутрь – но офис, на котором было написано Tickets работал только с 10 до 4.30 и я в него никак не успевала до закрытия. Помучившись и решив, наконец, на все плюнують, потому что в парк хотелось очень, я забила на лекции и вместо них отправилась ловить кассира. - Сколько стоит взрослый билет? - Билет? Но у нас еще нет программы концертов на следующий год! - дедушка за окошком офиса говорил на языке, напоминавшем английский. Наконец-то я кого-то понимала. Правда, я не понимала, при чем здесь какие-то концерты, я просто хотела в парк. - Нет, спасибо, концерт не нужен. Мне просто билет. Чтобы войти? - Чтобы что? - Чтобы войти. - Но для этого не нужен билет! Просто гулять можно просто так. - А забор? А калитка? - А вы наших барсуков уже видели? Звери, а не барсуки. А если хотите вечером, подождите, я сейчас выйду и покажу вам, где задвижка. Если хотите войти, вы ее просто поднимите. Только пожалуйста, закрывайте за собой – звери, звери, а не барсуки, все разграбят. ... Так я там и поселилась. В парке были клумбы, оранжерея и мостик через Эвон, и все это было нежнейшей тихой красоты, которую не могут сотворить ни человек, ни природа, но лишь их сотрудничество: если у Создателя и была мысль, что люди могут быть чем-то полезны, то он имел ввиду именно этот садик. А еще в парке жили белки. Стадами. Белки, размером с хорошую кошку, скакали по деревьям, гонялись друг за другом и видели в людях источник приятности и полезности. Стоило лишь появиться на дороже путнику, и белки спрыгивали вниз и окружали человека плотным кольцом. - А покормить? А белочку? У белок были большие черные глазки и шаловливые ручки. Если корм поставлялся им медленно, они подбирались еще ближе и хватали за штанину – пришел-корми, что, бесплатно мы тебе здесь белок показываем? Собак, честно говоря, белки не любили, но вот к людям относились с большим интересом и вниманием, иногда даже позволяя себя погладить. Белки не читали газет и не смотрели телевизор. Белки не знали о растущей напряженности на Ближнем Востоке и финансовом кризисе. Белки были не в курсе, что все вокруг рушится и что мир полон жестокости и несправедливости. Они были белками. Дикими. Но их никто и никогда не обижал. На протяжении многих поколений, этих белок никто и никогда не обижал, и они даже не знал, что кто-то может белочку обидеть. Я скармливала им орехи. Белки, которые по сути просто хорошо одетые крысы, их охотно ели. И если в этом садике найдется место и корм для зверька, то что, я не прокормлюсь, что ли? Прокормлюсь. Я никогда не вернулась в Москву. У меня был садик и белки. Человеку вообще не очень много надо для счастья. ...Отметив с бывшими однокурсниками счастливый reunion и 10 лет со дня окончания, мы отпрались смотреть на садик и белок. В садике, где я не была пару лет, творилось что-то невообразимое. Кажется, по причине летнего дня и некоего сомнительного фестиваля местных художников, туда собралось все местное население. По садику бегали дети и собаки, бродили ряженые и ездила русалка в пластикой коробке. Но ни русалка, ни ряженые, ни сомнительные живые скульптуры, ни тем более чужие дети и собаки не могли развеять мою грусть. Я хотела белок. Белок по понятным причинам не было. Когда любой квадратный сантиметр занят людьми, стремящимися получить свою порцию сосисок, мороженого и джина с тоником, где тут белке приткнуться. - Ладно, в следующий раз приедем, когда тише, - попытался утешить меня Несбитт. – Если бы я был белкой, я бы сейчас тоже в дупле спал. - А если им пакетиком пошуршать? Как не свои, мы угнездились на лавочку (свои все в траве сидят). Я зашуршала пакетиком – и почти немедленно мне зашуршали в ответ из кустов. - А белочку? А покормить? Ешь, толстый и красивый белк. Ешь и становись еще толще и красивее. Мне совсем не жалко тебе трехфунтового органического кешью - у меня тоже лапки и меня тоже хорошо кормят. Ешь, маленький и хвостатый, ты знаешь даже, чем я тебе обязана. Белочки и цветочки. Людям мало нужно для счастья

Авг20

Первые впечатления о Британии спустя годы

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

[an error occurred while processing the directive]